От России Штаты не отстанут: в торговой войне с Китаем Трамп решил пойти ва-банк


Тема торговой войны между США и Китаем обычно рассматривается в отечественных масс-медиа как позитивная для России: мол, раз президент США Дональд Трамп стал ссориться со всем миром, включая крупнейшую сегодня экономику «красного дракона», — значит янки если не отстанут от РФ, то хотя бы снизят санкционное давление на нее в связи с появлением иных проблем…

Но оценки подобного рода имеют мало общего с действительностью — включая как саму тему американо-китайской торговли, так и «систему целеуказания» 45-го президента США в роли «глобального антикризисного менеджера».

Прежде всего, определимся с тем, что такое сегодня Америка для Китая и что такое Китай для Америки. И начнем как раз с их торговых отношений между собой, которые по итогам 2017 года достигли рекордного объема в 636 млрд долл.

Экспорт Китая составил 456 млрд долл., импорт — 180 млрд долл., таким образом, дефицит США в торговле с великой азиатской державой в прошлом году составил 276 млрд долл. При этом Штаты сохранили первое место в мире по объему своих внешнеторговых операций — 5,23 трлн долл., с дефицитом в 566 млрд долл. А Китай закрепился на второй строчке — 4,11 трлн долл. с профицитом 422,5 млрд долл. Спрашивается, о чем говорят эти сухие цифры?

Эти цифры говорят о том, что доля товаров с меткой made in China составляет лишь 20,45%, то есть пятую часть, всего американского импорта, но при этом эта доля формирует почти половину (48,76%) внешнеторгового дефицита США. В целом же доля Китая в американской внешней торговле составляет 12,16%, то есть примерно одну восьмую часть…

В то же время доля сделок с Америкой во внешней торговле Китая составила примерно шестую часть (16,47%), в китайском экспорте — примерно пятую часть (20,12%), а в китайском внешнеторговом профиците — почти две трети (65,33%).

Иными словами, структура экспортного сектора, а значит и весомой части всей китайской экономики, напрямую «заточена» на американский рынок, откуда получает львиную долю своих прибылей, а американцы, соответственно, — львиную долю своих убытков.

Немудрено, что за подобный дисбаланс, который длится уже не первый год и даже не первое десятилетие, Пекин платил Вашингтону неограниченным кредитом в виде более чем триллионных вложений в американские «трежерис». Но этот торговый симбиоз не мог длиться вечно, поскольку был одним из важнейших факторов роста федерального долга США, списание которого стояло если не первым, то уж точно вторым — после возврата производственных мощностей на американскую территорию и под американскую юрисдикцию — номером в списке реальных предвыборных задач Дональда Трампа.

Вступившие в силу с 24 сентября дополнительные, в среднем десятипроцентные, импортные пошлины и тарифы США на продукцию с маркой made in China общей стоимостью 200 млрд долл., то есть примерно на 44% прошлогоднего китайского экспорта, помимо своей «прямой цены» в районе 20 млрд долл., имеют и куда более значимую косвенную цену. Дело в том, что здесь неизбежна «цепная реакция» по всей линии китайской экономики, в результате чего не только уменьшится «дыра» в американском внешнеторговом балансе, но и должны резко, более чем вдвое, сократиться темпы роста ВВП КНР: с нынешних 6,5—7% до отметки ниже 3%.

Такое падение, в свою очередь, может угрожать Поднебесной серьезными социально-политическими последствиями. Тем более что потери американского рынка могут быть во многом компенсированы за счет европейских, японских и иных производителей. Америка же пока практически ничем для себя не рискует, причем и в Пекине, и в Вашингтоне это прекрасно понимают.

Китай на американские действия ответил, как известно, зеркальным, в среднем тоже десятипроцентным, повышением импортных пошлин и тарифов, но на гораздо меньшую сумму — всего 60 млрд долл., или треть американского импорта в Китай за 2017 год, который составил, еще раз напомним, всего лишь 180 млрд долл. И это не ошибка «китайских товарищей» во главе с Си Цзиньпином, а признание ими реального соотношения сил на современной мировой экономической арене.

В итоге Трамп и Ко не просто выигрывают начатую ими «торговую войну» против КНР, но и создают себе более выгодные переговорные позиции со всеми другими партнерами. Это подтвердило, в том числе, расторжение договора о NAFTA (соглашение о «свободной торговле» в Северной Америке между США, Мексикой и Канадой) от 1992 года и замена его более выгодным для Вашингтона договором USMCA.

Отсюда рассчитывать на возможность какого-то «смягчения» санкционного режима, установленного против России, в ближайшие недели или до конца текущего года — например, по итогам промежуточных выборов США 6 ноября, — это безусловная политическая утопия. Санкции будут продолжаться и ужесточаться, поскольку Вашингтон при Трампе пошел ва-банк, стремясь любой ценой сохранить свое глобальное лидерство.

Share Button
You can skip to the end and leave a response. Pinging is currently not allowed.

Leave a Reply

Яндекс.Метрика