Александр Венедиктов: РФ заинтересована в сильной и стабильной Европе

С 18 по 20 июня в Уфе пройдет уже десятая международная встреча высоких представителей, курирующих вопросы безопасности. Многие наблюдатели говорят о том, что на сегодняшний день форум вошел в число наиболее авторитетных мировых переговорных площадок по безопасности. О том, чем важно это мероприятие и какие результаты могут быть достигнуты в ходе встреч и переговоров, «Российской газете» рассказал заместитель секретаря Совета безопасности РФ Александр Венедиктов.

Александр Николаевич, чем уникальна эта конференция?

Александр Венедиктов: Действительно, проводимая под эгидой Совета безопасности Российской Федерации встреча высоких представителей успела утвердиться в качестве одного из ключевых международных событий, посвященных вопросам безопасности.

Уникальных особенностей у нашей конференции сразу несколько. Одна из них заключается в том, что наш форум дает всем желающим возможность для открытого диалога по любым интересующим темам.

Другая уникальная особенность мероприятия — его широчайший географический охват. Оно собирает за одним столом государственных деятелей из всех регионов мира.

В минувшем году на встрече в Сочи было представлено 118 государств, из которых более 50 на высоком уровне.

Приезжают гости с Ближнего Востока, из Азии, Африки, Латинской Америки и даже островных государств Океании.

Можете назвать некоторые из этих стран?

Александр Венедиктов: К примеру, в этом году в форуме впервые принимают участие Кабо-Верде, Эсватини, Восточный Тимор, Науру, Коморские Острова, Сьерра-Леоне, Мальдивы и еще целый ряд других стран — всех сразу и не перечислить.

Планируется ли сделать акценты на каких-либо отдельных странах и регионах?

Александр Венедиктов: Основной принцип нашей международной встречи заключается в том, что мы уделяем равное внимание всем государствам, невзирая на их размер или географическое положение.

Принимая во внимание намеченный на октябрь первый в истории саммит «Россия — Африка», отдельный акцент будет сделан на работе с нашими африканскими партнерами. В этом году, за исключением четырех-пяти стран, все государства континента официально подтвердили свое участие.

А высоких представителей европейских стран ждете на конференцию?

Александр Венедиктов: Несмотря на антироссийскую кампанию на Западе, у нас ежегодно участвует до двух десятков европейских государств. Среди них Италия, Германия, Франция, Испания, Швейцария, Сербия, Турция, Финляндия, Норвегия, Румыния, Словакия, Кипр, Мальта, Словакия, Словения, Болгария, Венгрия, Албания, Босния и Герцеговина.

Особенность встречи в Уфе — широчайший географический охват. Для участия в ней приедут государственные деятели из всех регионов мира

Конечно, год от года этот перечень меняется, некоторые из указанных стран, видимо, не смогут на этот раз приехать в Уфу, с другой стороны — добавятся новые флаги, но общая тенденция очевидна — список европейцев на нашем мероприятии с каждым годом расширяется. И это очень позитивный сигнал, который свидетельствует о том, что как бы ни пытались демонизировать Россию, европейские партнеры убеждены, что без диалога с нами полноценно решать ключевые вопросы региональной и глобальной безопасности просто невозможно.

Несмотря на столь представительный состав стран-участниц, в предыдущие годы Вашингтон не направлял своих делегатов на форум. Как обстоят дела с участием США в этом году?

Александр Венедиктов: Вы правы, в последние годы американцы в нашем мероприятии не участвовали. Однако в этом году на встрече в Уфе мы рассчитываем их увидеть. По крайней мере, нам подтвердили приезд одного из директоров аппарата Совета национальной безопасности США.

Убежден, что это конструктивный сигнал Вашингтона о готовности к диалогу по проблемам безопасности. Уверен, американские партнеры обеспечат достойное участие своей страны и выступят с докладом по одной из намеченных к обсуждению тем. Их участие в уфимском форуме будет иметь важное значение, в том числе в контексте намеченной на конец месяца встречи секретарей советов безопасности России, США и Израиля.

В прошлом году на сочинской встрече обсуждались «горячие» конфликты, а теперь в качестве основной темы заявлено обеспечение национальной безопасности и устойчивого социально-экономического развития в условиях роста гибридных угроз. С чем связан выбор именно этой темы?

Александр Венедиктов: На самом деле мы не изобретаем какую-то новую тему, а лишь реагируем на запросы наших партнеров по всему миру. Еще на этапе планирования мероприятия мы получили многочисленные пожелания обсудить в ходе конференции гибридные угрозы. Актуальность этой темы очевидна. Практически во всех государствах можно найти явные следы применения гибридных методов влияния — агрессивную пропаганду, подрыв национальной экономики, дестабилизацию внутриполитической обстановки, дипломатическое давление, военные провокации, кибератаки…

То есть речь идет о своего рода «бескровных» войнах?

Александр Венедиктов: Не стоит обманываться якобы бескровным характером гибридных войн. Такие методы зачастую приводят к затягиванию на долгие годы «горячих» конфликтов. Если бы они, к примеру, не применялись против Сирии или востока Украины, то урегулирование проблем в упомянутых странах было бы давно обеспечено.

Европейские партнеры убеждены, что без диалога с нами полноценно решать ключевые вопросы региональной и глобальной безопасности невозможно

Однако даже там, где гибридные методы не сопутствуют боевым действиям, их применение все равно уносит человеческие жизни. Приведу пример. В Венесуэле внешними силами были заблокированы счета государственной нефтяной корпорации. Это привело к вынужденной приостановке ее программы по вывозу на лечение за рубеж страдающих от рака и других тяжелых заболеваний детей. В результате уже не один венесуэльский ребенок умер, не дождавшись отправки на лечение.

Однако многие на Западе обвиняют Россию в том, что она сама активно использует гибридные методы, например, вмешиваясь в электоральные процессы в США и Европе. Планируете ли вы использовать площадку международной конференции для того, чтобы развеять эти обвинения?

Александр Венедиктов: Не видим в этом особой необходимости. Напомню, что вплоть до сегодняшнего дня мировой общественности не было представлено ни одного убедительного доказательства того, что Москва якобы пыталась повлиять на выборы в США или Европе. Хотел бы обратить ваше внимание на то, что на Западе уже никто даже не пытается скрывать, что избитый сюжет о пресловутом «российском вмешательстве» стал обыденным средством сведения политических счетов. Возьмите нашумевшую историю с бывшим австрийским вице-канцлером Хайнцем-Кристианом Штрахе. Поначалу вся либеральная пресса с огромной энергией ухватилась за сюжет с «племянницей русского олигарха», пытавшейся подкупить политика. Но как только Хайнц-Кристиан Штрахе подал в отставку, никто даже и не стал продолжать раскручивать тему «русского следа». А потом оказалось, что Россия там и вовсе ни при чем, а «племянница русского олигарха» — это боснийская студентка, специально нанятая для этой, без сомнения, заранее спланированной провокации.

Истерия по поводу «российского вмешательства» нагнеталась и в преддверии недавно прошедших выборов в Европарламент. По их итогам правым партиям и так называемым евроскептикам удалось улучшить свои позиции. При этом мнения СМИ разделились — одни писали о провале «пророссийских» партий, тогда как другие провозгласили их успех. Как Москва оценила итоги выборов?

Александр Венедиктов: Ряду правых партий удалось получить достаточно значительное число дополнительных мест в Европарламенте, хотя не стоит забывать, что опросы накануне выборов прочили евроскептикам гораздо более сенсационные результаты. Следует понимать, что в Европе нет пророссийских и антироссийских партий. Политики, доброжелательно настроенные к нашей стране и выступающие за налаживание с ней конструктивных отношений, представлены в рядах всех европейских партий. Точно так же нелепо наклеивать на правых и евроскептиков ярлык «друзей Москвы», как это любят делать многие западные журналисты. В Европе немало правых партий, прежде всего в Прибалтике, Польше, Скандинавии, чьи лидеры известны такой оголтелой антироссийской риторикой, какую еще надо поискать. Поэтому утверждения западной прессы о том, что Россия якобы глубоко заинтересована в победе правых партий в ходе выборов в Европарламент — полный абсурд.

В чем Россия действительно заинтересована, так это в сильной и стабильной Европе, где государства не являются проводниками чуждых себе интересов, а выстраивают отношения с внешними партнерами на основе собственных национальных приоритетов и интересов европейской безопасности.

Тем не менее Запад не ослабляет санкционное давление на Россию. Появляются сообщения о подготовке новых ограничительных мер. Министр энергетики США Рик Перри во время встречи с новоизбранным президентом Украины Владимиром Зеленским в мае заявил о том, что Соединенные Штаты могут ввести санкции против проекта «Северный поток — 2». И вот недавно в Конгресс США внесен законопроект «О защите энергетической безопасности Европы»…

Александр Венедиктов: Заявление американского министра — далеко не первое в ряду демаршей против нашего проекта. Однако юридические основания для приостановки или отмены проекта просто отсутствуют. Он полностью соответствует нормам международного морского и экологического права, Третьего энергетического пакета, финских, шведских, датских и немецких законов. Противники проекта это прекрасно понимают и прибегают к средствам вне правового поля, используют незаконные инструменты, которые не только направлены против российского трубопровода, но и угрожают международной экономике. Успешному завершению проекта способствует высокая заинтересованность наших партнеров в его скорейшем запуске. Причем эта заинтересованность носит исключительно экономический, а не политический характер.

Судите сами. Консалтинговое агентство «Артур Литтл» — кстати говоря, американское — недавно представило доклад о том, какие выгоды европейская экономика получит от реализации проекта. Речь идет о положительном эффекте в размере немногим менее 10 миллиардов евро и рабочих местах более чем для 57 тысяч человек, из которых почти 4 миллиарда евро и 24 тысячи рабочих мест достанутся Германии. Если учесть косвенные факторы, то цифры будут даже выше. Хороший экономический импульс получат Финляндия, Дания, Швеция, Нидерланды, Норвегия, Италия, Великобритания.

Кстати говоря, мотивация противников «Северного потока — 2» также экономическая. Перспектива появления мощного конкурента на рынке «голубого топлива» пугает ряд влиятельных энергетических корпораций, тем более что сжиженный газ, предлагаемый ими в качестве альтернативы нашему, выше по цене примерно на 30 процентов. Немудрено, что при таком неблагоприятном раскладе в ход пойдут любые аргументы против конкурента.

Александр Николаевич, с вашего позволения перейду к теме традиционных военно-политических рисков, которые не только никуда не уходят, но и нередко заявляют о себе с новой силой. Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг объявил в мае о завершении разработки новой стратегии альянса, преподнеся это все под тем же антироссийским соусом. Как Москва воспринимает этот демарш?

Александр Венедиктов: Североатлантический альянс — почтенная организация, имеющая богатую историю. Весной она отпраздновала свой 70-летний юбилей. Все эти годы ее генералы неустанно создают всё новые и новые стратегии, которые неизменно отличаются глубокой проработкой.

Рекомендую ознакомиться с мемуарами немецкого офицера Бруно Винцера, где описано, как во времена «холодной войны» натовцы проводили командно-штабные игры, посвященные будущей войне с СССР. Одной из задач, которые НАТО поставил немецким властям, была «утилизация» большого числа трупов своих сограждан, например, едкими химикатами. Ведущие учения поясняли: если боевые действия перекинутся на территорию ФРГ, то страна будет подвергнута ядерным ударам со стороны американцев — ведь главное остановить русских, а не сохранить жизни немцев. Эта история очень хорошо демонстрирует логику Североатлантического альянса.

Когда почти тридцать лет тому назад противостояние СССР и США пришло к концу, у многих натовских генералов были опасения, что блок теперь вообще распустят. Нужно было как-то оправдывать свое существование, искать новые цели. Однако никаких более грандиозных побед, чем постыдные бомбардировки Югославии в 1999 году или Ливии в 2011 году, альянсу одержать так и не удалось. Натовские руководители так и не смогли найти достойной роли для своего блока в новом миропорядке.

Причина этого проста — после окончания «холодной войны» ее просто не было. Йенс Столтенберг лукавит, говоря о том, что сила альянса заключается в его способности изменяться. Блок был и остается реликтом «холодной войны». Наиболее логичным и благоприятным для самой Европы финалом истории НАТО был бы самороспуск альянса одновременно с ликвидацией Организации Варшавского договора. Однако начатая Западом в 2014 году антироссийская кампания буквально вдохнула второе дыхание в Североатлантический альянс, который вновь обрел смысл своего существования. Анонсированная Столтенбергом стратегия прекрасно вписывается в эту логику.

Сегодня давление оказывается, безусловно, не только на Россию. Накаляется ситуация вокруг Ирана, который сообщил о приостановке части обязательств в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий…

Александр Венедиктов: Убежден, что СВПД не имеет альтернативы и не должен превращаться в разменную монету для удовлетворения претензий отдельных стран к Ирану. Россия в полной мере привержена этим договоренностям.

Нужно противодействовать и попыткам вновь раскрутить в МАГАТЭ тему предполагаемых исследований Ирана военно-ядерной направленности. СВПД позволил Агентству снять все вопросы к Тегерану, что подтверждается его регулярными докладами. Очередные спекуляции на этот счет наносят ущерб его авторитету.

Вы упомянули о готовящейся встрече секретарей советов безопасности России, США и Израиля. Насколько известно, в центре внимания будет сирийская проблематика. Есть ли вообще хоть какие-то шансы наладить российско-американский диалог по Сирии?

Александр Венедиктов: Если говорить о нашем с США взаимодействии по Сирии, то в течение продолжительного времени диалог не складывался. Однако нужно отдать должное американским партнерам, они проявили достаточно политической воли, и теперь мы готовимся к встрече секретарей советов безопасности России, США и Израиля, которая должна состояться в ближайшие недели в Иерусалиме. Рассчитываем на то, что итогом совместной работы станут наши общие практические шаги, направленные на стабилизацию Сирии и всего Ближнего Востока.

Естественно, данный процесс должен проходить с учетом интересов всех игроков, включая Иран. Любые попытки действовать с помощью тактики ультиматумов заранее обречены на провал, равно как и спекуляции в информационном пространстве вокруг данной темы.

Если кто-то стремится тем самым вбить клин в наши отношения с партнерами в регионе, то это неверный расчет.

Взгляд из России

Россияне считают враждебными странами США, Украину и Великобританию

Россияне считают наиболее недружелюбными к нашей стране, как и год назад, США, Украину и Великобританию. Таковы данные опроса «Левада-центра», с которым ознакомились «Ведомости».

Вашингтон враждебным назвали 67 процентов респондентов, Киев — 40, Лондон — 38. В пятерку недоброжелателей также вошли Латвия и Литва. К числу дружественных России стран 62 процента опрошенных отнесли Беларусь, 42 процента — Китай и 38 процентов Казахстан. Четвертое и пятое место заняли Армения и Азербайджан с 22 и 16 процентами соответственно.

Опрос проводился в период с 24 по 29 мая 2019 года. В нем приняли участие 1616 респондентов старше 18 лет.

Взгляд из Европы

Все больше европейцев лучше относятся к России, чем к США.

Эксперты Атлантического совета обеспокоены «тревожной тенденцией» положительного восприятия России в ряде стран Центральной Европы. Об этом говорится в докладе, опубликованном на официальном сайте организации.

«Существует тревожная тенденция в некоторых странах Центральной Европы, — пишут авторы доклада. — Хотя все страны региона являются членами НАТО, 23 процента в этих странах в среднем видят в США потенциальную угрозу. Большинство людей в Болгарии и Словакии считают, что США представляют большую угрозу, чем Россия». В Болгарии Россию называют угрозой лишь семь процентов, тогда как против США высказываются 25 процентов. В Словакии негативно настроены к России 26 процентов, а к США — 41.

Иван Егоров

Share Button
You can skip to the end and leave a response. Pinging is currently not allowed.

Leave a Reply

Яндекс.Метрика